'; $currentAfter = ''; if ( !is_home() && !is_front_page() || is_paged() ) { echo '
'; global $post; $home = get_bloginfo('url'); echo '' . $name . ' ' . $delimiter . ' '; if ( is_category() ) { global $wp_query; $cat_obj = $wp_query->get_queried_object(); $thisCat = $cat_obj->term_id; $thisCat = get_category($thisCat); $parentCat = get_category($thisCat->parent); if ($thisCat->parent != 0) echo(get_category_parents($parentCat, TRUE, ' ' . $delimiter . ' ')); echo $currentBefore . 'Archive by category ''; single_cat_title(); echo ''' . $currentAfter; } elseif ( is_day() ) { echo '' . get_the_time('Y') . ' ' . $delimiter . ' '; echo '' . get_the_time('F') . ' ' . $delimiter . ' '; echo $currentBefore . get_the_time('d') . $currentAfter; } elseif ( is_month() ) { echo '' . get_the_time('Y') . ' ' . $delimiter . ' '; echo $currentBefore . get_the_time('F') . $currentAfter; } elseif ( is_year() ) { echo $currentBefore . get_the_time('Y') . $currentAfter; } elseif ( is_single() ) { $cat = get_the_category(); $cat = $cat[0]; echo get_category_parents($cat, TRUE, ' ' . $delimiter . ' '); echo $currentBefore; the_title(); echo $currentAfter; } elseif ( is_page() && !$post->post_parent ) { echo $currentBefore; the_title(); echo $currentAfter; } elseif ( is_page() && $post->post_parent ) { $parent_id = $post->post_parent; $breadcrumbs = array(); while ($parent_id) { $page = get_page($parent_id); $breadcrumbs[] = '' . get_the_title($page->ID) . ''; $parent_id = $page->post_parent; } $breadcrumbs = array_reverse($breadcrumbs); foreach ($breadcrumbs as $crumb) echo $crumb . ' ' . $delimiter . ' '; echo $currentBefore; the_title(); echo $currentAfter; } elseif ( is_search() ) { echo $currentBefore . 'Search results for '' . get_search_query() . ''' . $currentAfter; } elseif ( is_tag() ) { echo $currentBefore . 'Posts tagged ''; single_tag_title(); echo ''' . $currentAfter; } elseif ( is_author() ) { global $author; $userdata = get_userdata($author); echo $currentBefore . 'Articles posted by ' . $userdata->display_name . $currentAfter; } elseif ( is_404() ) { echo $currentBefore . 'Error 404' . $currentAfter; } if ( get_query_var('paged') ) { if ( is_category() || is_day() || is_month() || is_year() || is_search() || is_tag() || is_author() ) echo ' ('; echo __('Page') . ' ' . get_query_var('paged'); if ( is_category() || is_day() || is_month() || is_year() || is_search() || is_tag() || is_author() ) echo ')'; } echo '
'; } } function widgets($language_code){ global $wpdb; $result = array(); $map = array( 1 => array('ru' => 22, 'en' => 249, 'he' => 250), 2 => array('ru' => 21, 'en' => 247, 'he' => 248), 3 => array('ru' => 454, 'en' => 455, 'he' => 456), 4 => array('ru' => 14, 'en' => 17, 'he' => 279), 5 => array('ru' => 280, 'en' => 281, 'he' => 282) ); $language_id = $wpdb->get_var('SELECT id FROM wp_icl_languages WHERE code = "'.$language_code.'"', 0); $selected_widgets = $wpdb->get_results( "SELECT mp.* FROM wp_main_posts as mp INNER JOIN wp_posts AS p ON p.ID = mp.post_id AND p.post_status = 'publish' WHERE mp.language_id='".$language_id."' GROUP BY widget ORDER BY created DESC ", ARRAY_A ); if($selected_widgets){ foreach ($selected_widgets as $value) { $result[$value['widget']] = $value['post_id']; } } /* echo '';*/ foreach ($map as $item => $value) { if(!isset($result[$item])){ $result[$item] = $wpdb->get_var('SELECT p.id FROM wp_posts AS p INNER JOIN wp_terms AS t ON t.term_id = '.$value[$language_code].' INNER JOIN wp_term_taxonomy AS tt ON t.term_id = tt.term_id INNER JOIN wp_term_relationships wpr ON wpr.term_taxonomy_id = tt.term_taxonomy_id AND taxonomy= "category" AND wpr.object_id = p.id INNER JOIN wp_icl_translations AS it ON p.ID = it.element_id AND it.language_code = "'.$language_code.'" WHERE p.post_status = "publish" AND p.post_type = "post" ORDER BY p.post_modified DESC LIMIT 1', 0); } } foreach ($result as $key => $id) { $result[$key] = array(); $result[$key]['post'] = $id ? get_post(icl_object_id($id, 'post', false), ARRAY_A) : NULL; /*$wpdb->get_row('SELECT p.* FROM wp_posts AS p INNER JOIN wp_icl_translations AS it ON p.ID = it.element_id AND it.language_code = "'.$language_code.'" WHERE p.ID = "'.$id.'" ORDER BY p.post_modified DESC LIMIT 1', ARRAY_A);*/ if($key == 1) $result[$key]['thumbnail'] = get_the_post_thumbnail($id, 'medium'); else $result[$key]['thumbnail'] = get_the_post_thumbnail($id); $tmp = get_the_category( $result[$key]['post']['ID'] ); $result[$key]['category'] = $id ? $tmp[0]->cat_name : NULL; $result[$key]['post']['post_content'] = preg_replace('/\[.*\]/', '', $result[$key]['post']['post_content']); } return $result; } /*********************new*******************************************/ function theme_add_custom_box() { global $post_ID; if(!$post_ID){ $post_ID=$_GET['post']; } global $wpdb; if($post_ID){ $widgets = range(1, 5); $widget_languages = $wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_icl_languages WHERE code = '".ICL_LANGUAGE_CODE."'", ARRAY_A );//$wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_icl_languages WHERE active = 1", ARRAY_A ); $widget_selected = $wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_main_posts WHERE post_id = ".$post_ID, ARRAY_A ); if($widget_selected){ foreach ($widget_languages as $key => $widget_lang) { foreach($widget_selected AS $widget_select){ if($widget_select['language_id'] == $widget_lang['id'] ){ $widget_languages[$key]['checked'] = $widget_select['widget']; } } } } } foreach ($widget_languages as $key => $widget_lang) { add_meta_box( 'post_widgets', $widget_lang['english_name'], 'post_widgets_metabox', 'post', 'normal', 'core' ); } } function post_widgets_metabox($post){ $post_ID=$post->ID; global $wpdb; if(!$post_ID){ $post_ID=$_GET['post']; } wp_nonce_field( 'post_widgets_metabox', 'post_widgets_metabox_nonce' ); if($post_ID){ $widgets = range(1, 5); $widget_languages = $wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_icl_languages WHERE code = '".ICL_LANGUAGE_CODE."'", ARRAY_A );//$wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_icl_languages WHERE active = 1", ARRAY_A ); $widget_selected = $wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_main_posts WHERE post_id = ".$post_ID, ARRAY_A ); if($widget_selected){ foreach ($widget_languages as $key => $widget_lang) { foreach($widget_selected AS $widget_select){ if($widget_select['language_id'] == $widget_lang['id'] ){ $widget_languages[$key]['checked'] = $widget_select['widget']; } } } } } foreach ($widget_languages as $key => $widget_lang) { foreach($widgets AS $widget){ echo ''; } echo ''; } } function save_widgets_metabox($post_ID){ if ( ! isset( $_POST['post_widgets_metabox_nonce'] ) ) return $post_ID; $nonce = $_POST['post_widgets_metabox_nonce']; if ( ! wp_verify_nonce( $nonce, 'post_widgets_metabox' ) ) return $post_ID; global $wpdb; if($post_ID){ $widgets = range(1, 5); $widget_languages = $wpdb->get_results( "SELECT * FROM wp_icl_languages WHERE active = 1", ARRAY_A ); //Update if ( $post_ID && $_POST) { foreach ($widget_languages as $key => $widget_lang) { foreach($widgets AS $widget){ if(isset($_POST['widget_'.$widget_lang['id']])){ //Save $wpdb->query("DELETE FROM wp_main_posts WHERE post_id = ".$post_ID." AND language_id = ".$widget_lang['id']); if($_POST['widget_'.$widget_lang['id']]){ $wpdb->query("DELETE FROM wp_main_posts WHERE language_id='".$widget_lang['id']."' AND widget='". $_POST['widget_'.$widget_lang['id']]."' "); $wpdb->insert('wp_main_posts', array( 'post_id' => $post_ID, 'language_id' => $widget_lang['id'], 'widget' => $_POST['widget_'.$widget_lang['id']], 'created' => time() ), array( '%d', '%d', '%d', '%d' ) ); } } } } } } } add_action( 'add_meta_boxes', 'theme_add_custom_box' ); add_action( 'admin_init', 'theme_add_custom_box' ); add_action( 'save_post', 'save_widgets_metabox' ); ?> Art in Process

Анатолий Басин


Гидон Ефрат “Тревоги Анатолия Басина”

Мир теней и затаённой меланхолии

Меня привлекает тёмная живопись Иерусалима. Йосеф Гирш, Раанан Леви, Эли Шамир, Асаф Бен-Менахем, Анатолий Басин. Они для меня – глубокий колодец, из которого я черпаю свою мировую скорбь. Не то чтобы им, не дай Бог, недоставало мировой и личной скорби, но мне они служат – разумеется, непреднамеренно – пропастью-ловушкой, на глубокое дно которой я падаю. И с удовольствием почему-то. Скорбь их идёт мне на пользу. По страданию и воздаяние. Сегодня я погружаюсь в колодец Анатолия Басина.

Началось это в галерее «Дебель», когда впервые – немногим более года назад – тронули меня работы Басина. Там, на хорошем дуршлаге живописи репатриантов из России, я нашёл глубокую связь коричневого, льнущего к чёрному, и чёрного, льнущего к коричневому. И там, на тонкой границе между оттенками земли и угля, нашёл я женщин Басина. Наискосок, с кем-нибудь и в одиночку. Одна или две, не более. И стул. Тишина и покой меж теней, всё недвижно и темно. Бестелесные женщинв и бестелесные облики. Чёрная линия на плоском коричневом фоне, минималистская живопись, которая чурается деталей, но полна лиризма. И красиво до боли. Здесь проходит тончайшая граница между осмысленным и неосмысленным, здесь внутри великой мглы мерцает и гаснет женский образ. Эротизм тайного открытия. И задним планом может стать подглядывающий бородатый мужчина. «Басин» – отметил я про себя тогда в галерее «Дебель».

Депрессия – добавил я про себя. Потому что, видя чёрное, я говорю – депрессия. Такое общее место. И ещё одно: когда я вижу в Израиле коричневое и чёрное, я говорю – земля и уголь. Неважно, что у испанского художника Зурбарана коричневое представляет совершенно иной мир, а француз Коро уходит ещё дальше. Можно понять, почему я – уже тогда, год назад – склонялся к мысли, что обнажённые женщины с подглядывающим мужчиной и эта депрессивная тяжесть тянут в сторону «подглядывающей» психологии сдержанного эроса, заторможенного, весьма отяжелённого. Тоска по женщине и паралич инстинкта. Так мне показалось. Я думал, что понимаю Басина.

Прошло около года, и ещё до того, как побывал на выставке Анатолия Басина в галерее «Алон», я прочел отличный текст Асафа Бен-Менахема о мире теней Басина – мире тревог и безнадёжности. Бен-Менахем рассказал ещё о знаковой системе Басина схожей с матиссовской, и я почувствовал, что мне нечего добавить к этим прекрасным словам, я просто-напросто с ними согласен. Теперь, после выставки, я ещё более убеждён в высоком качестве живописи Басина и в затаённости его меланхолии. Его, – я по сей день так считаю. И взбираюсь в квартиру художника на подъёме улицы Бен-Еуда потому, что надеюсь отыскать какой-нибудь новый материал, который позволит обойти то, что уже написано, ибо созрела во мне решимость писать. Теперь, в его жилище, населённом холстами и подрамниками, я изучаю, наконец, Басина и искусствоведение.

Ни разу я не сталкивался с подобным: спрашиваю Басина о Басине, а Басин в ответ – об Осипе Сидлине. Сидлин был его учителем. Еврейский маэстро из Рыбинска, который умер от инфаркта в 1972 году. Но не ранее, чем сжёг почти все свои работы. Осталось всего около десятка. Три из них тут, в квартире художника на подъёме улицы Бен-Еуда. Басин говорит о Сидлине с преданностью ученика любимому учителю и верностью друга или даже родственника. Он показывает мне фотографии работ Сидлина, и я вижу тяжелейший натурализм, тёмный, трагичный, а также изображение черепа. Лишь потом я слышу, что у Сидлина были серьёзные проблемы со зрением, связанные с болезнью сердца. В течение пятнадцати лет Басин учился у него во Дворце искусств в Ленинграде. Вплоть до 1972 года, до самой его смерти. Затем стал там преподавать. «Лучшее, что во мне, получил я от него, – говорит Басин то ли по-русски, то ли на иврите, – его сильный цвет, очень тёмный, монументальный». И когда он показывает мне две картины маслом Сидлина с абстрактной вазой цветов, зеленоватой, вовсе не тёмной, то подчёркивает, что Сидлин не успел их закончить…

Начав разбираться в Басине, я потихоньку убираю своё собственное страдание из этой истории. Понять Басина – означает, прежде всего, понять Сидлина, и это первый из серии уроков, которые я получаю тут сегодня. Потому что связь Сидлин-Басин уводит нас в испанскую живопись – следующий из уроков Басина: «От Сидлина я много слышал об Испании – о Веласкесе, о Гойе. Метод Сидлина был близок к Веласкесу. Себя же я чувствую ближе к Гойе». Коричневый цвет испанцев – это уже нечто иное. Я напоминаю себе: это реализм совершенно особого католицизма, который в XVII веке соединил простоту и скромность иначе, чем католическая живопись итальянского барокко. Этот темно-коричневый цвет вырастает между тенями возвышенной христианской веры и глазами, которые унаследуют землю. Прилепиться к нему означает пристать к двум полюсам – святость и будни. Может быть, это сулит будущее знание, которое я получу в комнате-студии Басина. Пока ничто не связывается у меня с Матиссом, то есть с острым матиссианством басинских темных колеров. Вот она – новость из области художественной критики: не всё матиссоподобное – Матисс. «Матисс? Нет. В Россиии есть Андрей Рублёв XV века. Матисс как-то сказал молодым русским, которые хотели учиться у него: «Мне бы поехать в Россию, чтобы учиться искусству по картинам Рублёва…» Рублёв повлиял на меня, а не Матисс. Мои друзья в России, насмехаясь надо мной, говорили, что я происхожу из колена Рублёва. Когда-то я употреблял много зелёного – плотного, тёмного, закрытого, близкого к коричневому. Этот зелёный я взял из цвета одежд на картинах Рублёва…»

Если это так, то тут Матисса больше нет. Маршрут культурных странствий пролёг не только в Испании, но и в России (а то как же!). Матисс явился очередной химерой в ряду иллюзий художественной критики по поводу Басина. Мы пишем критику на себя. На собственных плечах тащим наши тяжёлые мешки и высыпаем их на произведения искусства, случившиеся нам на пути. Не торопись, Эфрат, советую я сам себе.

Вдруг после устранения матиссовского препятствия всё устроилось наилучшим образом. Но куда ведут все эти святые пути в пространстве еврейской души Анатолия Басина? И вот я узнаю о Басинской концепции искусства как творения и избавления от тьмы над бездной. Он, оказывается, написал об этом статью. Басин: рождение искусства, как и зарождение человеческого сознанья и языка, – это создание порядка из хаоса. Библейское творение и художественное творчество схожи. Два разных языка, не более того, – говорит Басин. Так встречаются с Богом. Мы – на языке молитвы, он – на языке живописи. Исходная точка – тьма и хаос. Сперва Бог создал хаос. Отсюда и лишь отсюда разовьётся творчество. Из черноты возникнет мерцанье света. Слой за слоем. Точнее, первый слой явится первичным контактом с жизнью: Басин изобразит этот вид – неживую природу, выразит действительность. Во втором слое он отодвинет хаос. Необходимо замарать и затемнить холст, чтобы начать его освещать. До «Да будет свет!» Бог должен повелеть «Да будет тьма!» Так художник умерщвляет предыдущий слой. И лишь потом в третьем слое возникнет новый порядок, новый свет. Теперь – в отличие от первого слоя – это порядок живописный, лирика живописи, свет живописи. Да, свет высвечивается из картины, а не из жизни. Существенная вещь для понимания картин Басина.

А я ещё думал, что он затемняет. Нет, он освещает. Верно, он всегда рисует в мастерской, никогда не выходит наружу. Но всегда при солнечном свете, падающем извне. И только по утрам. Процесс рисования должен закончится до 14.00. Его жена уверяет, что он далёк от депрессии. А я – сам себе: кто ещё далёк от депрессии? Разве битвы против безвидности не говорят о страхе перед тенями и хаосом? И потребность в системе, в языке и в сознании – что это, если не стремление к контакту с миром и желание выйти из камеры-одиночки. Но ведь что-то в нём тянется к мраку, что-то от внутренней мглы. И когда Басин показывает мне картину, написанную маслом в 1960 году, – образ с несколько абстрактной анатомией – охра и темно-коричневый – я знаю, что он уже десятки лет (из сорока восьми лет его жизни) погружён во мглу. Сидлин, Испания, хаос – Басин избрал тень, тень избрала Басина. Он, разумеется, предпочитает этого не касаться, тем более, в беседе со мной. Он скажет о цельности картины, рождающей свет, и тьме-свете как о проблеме неискусства в противовес искусству. Будто тёмные краски всего лишь художественный повод к творчеству. Не душевные состояния, а исследование света: «Мне хочется сделать кое-что в единой логике. Логика чёрного – это одно, логика светлого – иное. Я ищу логику света. Тёмные тона облегчают логику света». А я – сам себе: разве свет не настроение? Тона – не ощущения? Какой цвет у подсознания?

О русской живописи многого мы не знаем. Мы воспринимаем и оцениваем художников, прибывающих к нам из Советского Союза при помощи средств, принятых в западном искусстве. Мы, по всей видимости, несправедливы к ним. Что мы знаем, например, о нонконформистской живописи в Советском Союзе в 70-е годы? Лишь то малое, что было опубликовано на Западе. Басин, участвовавший в нонконформистских выставках в Ленинграде, написал об этом книгу. Рукопись лежит у него на полке. По правде сказать, русская живопись не закрыта перед западной живописью. Наоборот, она хорошо её сознаёт. И всё-таки у меня нет сомнений: понимание живописи художников советской эпохи это ключь к пониманию той или иной российской в изначалии живописи. Нам, в большинстве своём занятым трактовкой и оценкой произведений искусства, этого ключа недостаёт. И только после такой существенной промашки мы совершаем грех, напускаясь (или заставляя себя напуститься) на произведение. Как было с Басиным. И эта статья – ещё одно тому подтверждение: писал ли я о Басине или о себе? Познаю ли я Басина, когда смотрю на картины Басина? Или, может быть, лишь самого себя? Мне кажется, что художественная критика должна вырваться из западни нарциссизма и выполнять домашние задания. Может, когда-нибудь нам это удастся.

Перевел с иврита Яков Лах


“Коль Ха-ир”, Октябрь 1984.

Сайт оптимально работает в: Internet Explorer 8.0, Mozilla Firefox 3.6, Google Chrome, Safari 4.0. Если у вас старая версия браузера, вы можете скачать новую на сайте производителя бесплатно.